СДЕЛКИ, СОВЕРШЕННЫЕ БЕЗ СОГЛАСИЯ ТРЕТЬИХ ЛИЦ. владение будет основано на действительном договоре куп­ли-продажи.



владение будет основано на действительном договоре куп­ли-продажи.

При действительности договора купли-продажи собст­венник может лишь потребовать возмещения причинен­ных ему убытков путем нарушения продавцом договор­ных обязанностей, вытекающих из договора хранения.

Применения реституции собственник при этом тре­бовать не вправе, так как не является стороной оспори­мой сделки. Реституции после того, как сделка призна­на недействительной по иску собственника, мог бы тре­бовать продавец, стремясь избежать или уменьшить размер возмещения убытков собственнику путем воз­вращения вещи от покупателя и передачи ее собствен­нику (если договор хранения будет расторгнут). Но в си­лу сложившейся судебной практики продавцу было бы отказано в иске о реституции, поскольку он не обладает правами на истребуемую вещь.

Действующее законодательство не предусматривает оспоримости таких сделок, сохраняя их в силе, а судеб­ная практика идет по пути признания их ничтожными по требованию любого лица, в том числе и одной из сторон сделки. При этом для защиты интересов собственника судебная практика допускает с его стороны требование о применении реституции независимо от добросовест­ности приобретателя, хотя собственник в данном слу­чае не является стороной ничтожной сделки.

Это ведет к дестабилизации гражданского оборота, поскольку, во-первых, сводит на нет институт защиты прав добросовестных приобретателей1, а во-вторых, предоставляет сторонам сделки, уже изъявившим свою волю, возможность злоупотреблять своими правами и, пользуясь отсутствием согласия собственника (кото­рый может впоследствии одобрить сделку), требовать признания сделки недействительной.

Такая практика противоречит субъектному составу требования о реституции как средстве, возвращения

1 Подробнее см. раздел 2.5 настоящей работы.


в первоначальное положение сторон сделки, а не третьих лиц (в данном случае - собственника). Она также противо­речит положениям ГК РФ, которые косвенно свидетельст­вуют о том, что соответствующая сделка остается в силе.

На наш взгляд, закрепление на уровне закона пра­вила об оспоримости всех сделок, совершаемых без со­гласия третьих лиц, во многом разрешило бы указанные выше проблемы. Собственник в таком случае мог бы вы­бирать, требовать ли ему признания договора купли-продажи недействительным с последующей виндикаци­ей (при условии, что после признания договора недейст­вительным виндикация будет допустима по правилам о защите добросовестного приобретателя) или же, если даже после недействительности сделки надежд на вин­дикацию не остается, требовать от продавца возмеще­ния причиненных убытков.



Таким образом, возможны случаи, и законом это признается, когда отсутствие требуемого по закону или договору согласия третьего лица на совершение сделки влечет за собой не недействительность сделки, а иные правовые последствия: возмещение убытков, передачу третьему лицу выгоды по сделке, перевод на третье лицо прав и обязанностей стороны сделки, право другой сторо­ны на расторжение договора и т. п.

Наличие этих примеров в законодательстве еще больше подтверждает то обстоятельство, что ничтож­ность сделок, совершаемых без согласия третьих лиц, не должна безоговорочно иметь место во всех случаях от­сутствия такого согласия.

По общему правилу недействительность должна су­ществовать в форме оспоримости, и лишь в прямо указан­ных законом случаях - в форме ничтожности. Кроме то­го, законом может быть установлено, что сделка, совер­шенная без согласия третьего лица, влечет за собой иные, нежели недействительность, правовые последствия.

Эти правила целесообразно изложить в специаль­ных нормах закона, посвященных сделкам, совершае­мых без согласия третьих лиц. Одновременно в этих нор­мах было бы полезным устранить имеющиеся в законода­тельстве пробелы, существующие в законодательстве



4350918605689711.html
4350971192140955.html
    PR.RU™